Байки от 16 и старше (студенческие байки)
12345678910
СВЯТОТАТСТВО
Киевский университет, мехмат, лекция по сопромату. Доцент после
вчерашнего поздневечернего празднования-гуляния мечтает о перерыве
(т.е. о пиве), усилием воли ворочая шершавым языком. Темп лекции
увеличивается. Студенты просят:
— Повторите, пожалуйста!
Преподаватель, страшно возмущенно:
— Я одно и то же второй раз не то, что повторить — ПОДУМАТЬ не могу!
ПОЧЕМУ УЕХАЛ ТРАХМАН?
Эта история произошла с моим замечательным другом Григорием. Он
работает на одной из кафедр одного московского института. А еще там
работал некто Трахман Борис Иосифович, который нынче уж в краях
далеких, в Хайфе.
Дело было где-то после зачетной недели и все зачеты по предмету,
который вел Григорий, теперь нужно было сдавать Трахману. Еще надо
сказать, Григорий — человек, весьма увлеченный работой, и терпеть не
может, когда его во время работы отвлекают дурацкими вопросами, и в
гневе страшен. Так вот, в общем: кафедра, сотрудники сидят за
столами, Григорий дико занят (пишет кому-то очередную диссертацию),
— заходит в комнату девица и, подойдя к Григорию, говорит:
— Григорий Алексеевич, мне нужно вам зачет сдать.
Григорий, не поднимая головы, буркает:
— Девушка, все зачеты только через Трахмана.
Девица, немного помявшись, уходит. Через 15 минут заходит снова.
— Григорий Алексеевич, я бы хотела вам зачет сдать по вашему
предмету.
Гришка уже раздражен этой глупой девицей и, повысив голос,
раздражено ей говорит:
— Девушка, я же, кажется, ясно вам сказал, что все зачеты только
через Трахмана.
Остальные научные работники уже прислушиваются, а Григорий снова
утыкается в свою математику. Девица выходит.
Через полчаса снова открывается дверь, и девушка, слегка краснея,
подходит к его столу и шепчет:
— Я согласна.
Григорий (начинает кипятиться):
— Что «вы согласны»?
Девушка:
— Ну, я согласна зачет сдать через «трахмана».
Григорий (уже озверев, орет на всю комнату):
— Ну, так если вы согласны зачет сдавать через Трахмана, так и идите
к Трахману, чего вы ко мне-то ходите?
Все вокруг уже на столах лежат, девушка с открытым ртом, ничего
понять не может, а Григорий сова в свои бумажки. Тут ей кто-то,
давясь от смеха, говорит:
— Девушка, Трахман Борис Иосифович — это преподаватель нашей
кафедры, а не то, что вы подумали.
Не знаю, как там девушка это пережила, но над Григорием еще долго
подшучивали.
Я вот сейчас подумал, может, Трахман из-за этого и уехал?
СДЕРЖАЛ СЛОВО
Студенты МИФИ — народ веселый. Как-то по весне пошли ребята в поход
что-то отмечать. Пришли на место, расположились, пока суть да дело —
начали отмечать. В общем, один товарищ «наотмечался» чуть раньше
других, но еще не до полного праздника. Ребята подумали, что может
такой хороший товарищ натворить в палатке, если прижмет «позвать
ихтиандра». И пока он еще соображал, попросили его: мол, ты, когда
будешь ужин выкладывать, то делай это не в палатке, а хотя бы рядом.
Ну, уж если совсем невмоготу — голову хотя бы высунь за порог. На
что тот ответил жизнеутверждающим «о'кей». Инструктаж был проведен,
и пьянка продолжилась. Постепенно народ доходил до своей кондиции.
Дошел и наш товарищ. И пошел (наверное, пополз уже) спать. Через
некоторое время у оставшихся возникли сомнения в том, что ушедший
сможет выполнить свое обещание не пачкать палатку. Подумав немного,
ребята вытащили храпящее тело из палатки и положили рядом с ней. В
общем, пьянка постепенно подошла к своему логическому концу, и
туристы расползлись по палаткам, совершенно забыв про спящего на
улице.
Через некоторое время спящий проснулся от естественных позывов: ужин
настойчиво просился наружу. Как каждый истинный мифист, он вспомнил
данное товарищам обещание и решил претворить его в жизнь. Нетвердой
рукой он нащупал вход в палатку, трясущимися пальцами расстегнул
молнию, просунул в полученное отверстие голову и с чувством
выполненного долга вывалил ужин. А потом с таким же чувством закрыл
палатку и продолжил спать. Единственное, что он не заметил, так это
то, что он спал снаружи палатки. Соответственно все оказалось
внутри.
Мат товарищей наутро надо было слышать.
КОЛЯ, ДЫШИ ГЛУБЖЕ!
Я тогда училась в институте. В ту славную пору на военную
подготовку ходили все — и юноши, и девушки. А история эта произошла
во время военных сборов.
Нас, девушек, разбили на пары и огласили задание. От нас
требовалось:
1) закрепить «раненого» на носилках;
2) надеть ему противогаз;
3)доставить в «госпиталь». Все это надо было выполнить на время.
Нашим «раненым» оказался Коля, чему мы с подругой совсем не
обрадовались: Коля был самым крупным на нашем курсе. Но делать
нечего: мы крепко привязали его руки и ноги к носилкам, напялили на
него противогаз и понесли.
Коля был неспокойным «раненым». Он дергал головой, пытался
подпрыгивать на носилках, «бредил» в противогаз, в общем, вел себя,
как контуженный. Все это было очень смешно, но мы попросили его не
дергаться — нести было и так тяжело. Он затих. Когда мы благополучно
доползли до «госпиталя», полковник закричал: «Мать вашу так да
разэтак!» — и начал лихорадочно срывать с Коли противогаз. Бедный
Коля был без сознания.
Надевая ему противогаз, мы забыли его открыть — снять специальный
колпачок. Не имевший возможности пошевелить ни рукой, ни ногой,
Николай начал задыхаться. К счастью, благодаря нашатырю, кислородной
подушке и своему богатырскому здоровью Коля скоро пришел в себя. А
по военной подготовке нам поставили пятерки.
На одной из встреч выпускников седой Николай Васильевич признался,
что ему до сих пор снится кошмарный сон: он задыхается в
противогазе, не в силах пошевелиться, а над ним смеются несущие его
на носилках жена и теща.
МИН ХАЗЕР ТЫЩАМ!
Дело было в солнечной Башкирии в студенческие годы. Собрались мы
с друзьями в общаге отметить какое-то событие. Взяли как всегда пару
бутылочек и пакетик Yuрi на закуску. И оказался у нас в компании
мужик лет 50-ти коренной национальности, то ли родственник чей, то
ли сосед, не знаю. Так вот этот мужик и трезвый-то по-русски сложно
изъяснялся, а после пары стаканов, речь его и вовсе перешла на
родное наречие. Видит он, что его никто не понимает, загрустил и
затих. Ну, я, чтобы поднять человеку настроение, прошу мою соседку
(по совместительству мою подругу) подсказать мне какой-нибудь тост
на родном языке нашего почтенного гостя. Она не секунды не
сомневаясь, шепчет мне:
— Мин хазер тыщам (за правильность написания не ручаюсь).
С её слов понимаю, что это значит что-то типа: «Я желаю здоровья». Я
встаю, привлекаю всеобщее внимание, поднимаю стакан, и говорю
мужику:
— Мин хазер тыщам!
Гробовое молчание. Его натуральный разрез глаз слегка округляется.
Ну, думаю, у меня наверно с дикцией проблемы или произношение не то,
и более внятно по слогам произношу:
— МИН ХА-ЗЕР ТЫ-ЩАМ!!!
Тишину прервал дружный хохот моих друзей, а мужик так и остался
сидеть с открытым ртом. Для тех, кто не знает, переведу: «Мин хазер
тыщам» — означает «Я сейчас обосрусь!»
УЧЕНЫЕ ОРЛЫ
Как-то у одних неразлучных друзей (назовем их Петя и Вася),
назревал экзамен. Надо сказать в этом учебном заведении они учились,
как и подобает молодым людям — то есть не учились. А принимать
экзамен у них должен был один такой добренький преподаватель
(назовем его Дядя Миша). Мужик-то он вроде был нормальный, но кто
знает, как он принимать экзамен будет? Они все вроде сначала
нормальные. В общем, боялись наши друзья этого экзамена.
И вот, как-то, холодным зимним вечером прогуливались наши друзья по
заснеженным улицам родного города. Вдруг увидели они подозрительно
знакомую фигуру, с трудом стоявшую на ногах. Подошли они поближе —
так и есть: дядя Миша в зюзю упился. Петя и Вася помогли ему,
конечно, дойти до дома, по пути заверяя его, что безмерно его
уважают и всецело любят. А завтра был экзамен.
Друзья, не без основания, рассчитывали на благосклонность Дяди Миши
(боясь, правда, что он их не вспомнит после вчерашего) и поэтому
зашли сдавать экзамен самыми последними. Реакция препода была
непредсказуемой. Увидев своих вчерашних попутчиков Дядя Миша
просиял, пригласил их присесть, обнял по-отечески за плечи и
задушевно так произнес:
— Ну что, орлы, по тройке?
Орлы, естественно, согласились, но смеялись над этим еще полгода.
ДЕЛИКАТЕС
Примерно 78-й год, колхоз в Гатчине под тогдашним Ленинградом.
Студенческий стройотряд (и почему они все так называются? На
картошке ведь были…). Повариха была нам предоставлена от колхоза, в
котором мы находились. Подали однажды на ужин вареную картошку с
каким-то мясом. Одна девочка, типичный городской одуванчик,
потихоньку ковыряется в миске и вдруг на свет достает мясину
правильной округлой формы:
— Ой, что это?
Вторая девчонка (а она сама из деревни родом, видать знает, что
говорит), наскоро взглянув, уверенно сказала:
— Да хрен это свиной!
Полстоловой выскочило тошниться, а кто-то и не успел добежать...
НАХОДЧИВОСТЬ СТАРОГО ВОЯКИ
Военная подготовка (сокращенно «военка») была, пожалуй, самой
веселой дисциплиной в нашем институте. Один раз в неделю студенты
имели возможность немного отвлечься от интегрального исчисления и
квантовой физики и, для разнообразия, поупражняться в строевой
подготовке. Не знаю как теперь, но в то «далекое» время студентки
были еще не до конца эмансипированными и к военным занятиям не
допускались, так что ввиду отсутствия прекрасного пола офицерам не
было никакой нужды изъясняться со студентами на общепринятом
«цивильном» языке. А мы, студенты, имели прекрасную возможность
изучить все тонкости армейского мата и незатейливого армейского
юмора...
Был у нас в институте один выдающийся майор на военной кафедре,
назовем его майором Буковым. Его инфантильный и всегда немного
удивленный взгляд хорошо гармонировал с его невинным и
необезображенным глубоким интеллектом лицом. Голос у него был
довольно-таки высоким, но он старался казаться грозным и говорить
басом. Буков к тому же еще и немного заикался, что прекрасно
дополняло его комичный образ. На самом же деле, за придурковатой
внешностью Букова скрывалась незаурядная смекалка и легкоранимая
душа, но об этом ниже...
Над Буковым подтрунивали не только студенты, но и его
коллеги-офицеры. О нем ходили легенды, и студенты младших курсов уже
заранее знали, какие примеры из своей армейской жизни майор Буков
будет приводить на занятии по рекогносцировке. Наша группа с
нетерпением и веселым предчувствием ожидала, что же Буков выкинет на
первом занятии по топографии. И вот — наконец наступает долгожданный
момент!
Майор Буков решительным армейским шагом входит в аудиторию и, не
успев подойти к своему преподавательскому столу, кричит командным
голосом:
— Вззвоооод встаать!!!
Студенты нехотя, но послушно, встают со своих мест.
— Зздраастье таварщщи студденты!
— Здравия желаем, товарищ майор!!! — дружно пробасили сорок с лишним
голосов.
После того как закончилась перекличка и студенты наконец уселись по
местам и майор Буков уже было открыл рот, чтобы начать свою
знаменитую речь о рекогносцировке, он вдруг обнаруживает на
преподавательском столе свежую надпись. Наступает напряженная
тишина...
Тишину нарушает затравленный и срывающийся голос Букова:
— Вввззввооодд встааааттть!!!!!!
Все послушно встают. Майор Буков достает из карманов связку ключей,
портсигар, металлический свисток и еще кучу мелких монет и аккуратно
кладет все это на стул. Затем он одним прыжком лихо вскакивает на
преподавательский стол и... начинает ритмично подпрыгивать. У многих
студентов отвисает челюсть, и все с нетерпением и недоумением ждут,
чем же все это закончится. Буков, попрыгав с минуту на столе (это
занятие его, по-видимому, немного успокоило), по всем правилам
армейской выправки спрыгивает на пол и, как ни в чем не бывало,
спрашивает:
— Ну что, товарищи студенты? Кто-нибудь слышал звон?!
В аудитории недоуменное молчание, а напряжение уже достигает
кульминационного момента. Майор Буков подходит к стулу и неторопливо
укладывает все только что выложенные металлические аксессуары
обратно к себе в карманы:
— Если не звенит, то зачем было писать: «Буков — мудазвонец»?
Дежурный! Немедленно стереть надпись!
После этого напряжение в аудитории разряжается дружным и затяжным
хохотом...
ПОСЫЛКА
Вот я, например, самый обычный студент-провинциал. Тяжело нашему
брату в Москве живется. Хорошо, что родители помогают.
Обещали посылку к 8 марта, договорились с проводником. Встретила,
конечно, посылку. Картошка там, варенья, соленья. Варенье яблочное
особенно аппетитно выглядит. Вот завтра праздник, подарю его,
пожалуй, подружке. Денег родители вроде обещали, но их в посылке
нет. Ну, раз нет, значит, нет, значит, позже пришлют.
Звоню домой, сообщаю, что получила посылку. А тетя хитрым голосом
говорит, что деньги мама посылала, ты получше поищи. Возвратилась в
общагу, обыскала все мешочки, нет денег.
Следующим утром просыпаюсь от стука. Мне вручают странную телеграмму
на переговоры от моих родителей. Переговоры назначены на 9 утра,
время уже прошло. Собираюсь, снова иду на переговорный пункт.
Восьмерка, как назло не набирается. Через пятнадцать минут мучений
трубку берет папа и сообщает, что деньги действительно высылались. А
закатала их мама… в банку с яблочным вареньем.
Экзамен в партизанской школе мама сдала бы точно на пять.
СТУДЕНЧЕСКИЕ БУДНИ
Дело было в стройотряде, году этак в 1977-ом. В один из выходных
состоялся футбольный матч двух отрядов на бочку пива. Наши, как
водится, победили. Проигравшие проставились и уехали. У нас осталось
102 л на 30 бойцов, из которых стойко додержались до конца бочки не
более 5-ти героев. И дно они увидели где-то в 4-м часу утра. А жили
мы в 2-х этажной деревянной избе — столовая располагалась внизу, а
спальни на втором этаже. Итак, убедившись, что все закончилось,
бойцы медленно забрались наверх и кто как и где мог улеглись. Через
какое-то время одному из героев выпитое пиво стало подсказывать о
необходимости избавиться от излишков. Терпев до последнего, так как
подняться не было никакого желания, он наконец нашел в себе силы,
встал и рванул по направлению к туалету, который находился на улице.
Совершенно потеряв в темноте ориентировку и не найдя выходной двери,
одновременно ощущая растущее давление в нижней части живота, он не
выдерживает и с трагическим шепотом: «А ну и … с ним!» — начинает
сливать где-то в проходе, блаженно постанывая. В этот момент с полу
поднимается лохматая голова и довольно внятно произносит: «Э! Кончай
брызгаться!» — и падает обратно.
Утро. Стоны. С полу поднимается лохматая голова и с усилием
произносит: «Какая-то сволочь, ночью опорожнилась прямо на меня и
даже не извинилась...» С соседней кровати доносится жизнерадостный
смех товарища, покинувшего бочку в твердом уме и трезвой памяти и
ночь проведшего в постели. Со словами «Пить меньше надо!» он
спускает ноги с кровати, привычно попадает ступнями в тапочки…
Улыбка сползает с его лица и он недоуменно спрашивает: «А чего это у
меня тапочки мокрые?»
Под дружное радостное ржание стройотряд потянулся на работу...
